USD/KZT 314.09  -3.17
EUR/KZT 330.05  -4.31
 KAZAKHSTAN №3, 2014 год
 Железные перспективы
АРХИВ
Железные перспективы

Выгодно ли инвестировать в железорудные месторождения Казахстана?

Мощная сырьевая база, перспективы увеличения экспортных отгрузок руды, а также значительный потенциал внутреннего потребления стальной продукции способствуют сохранению высокой инвестиционной активности в железорудном сегменте ГМК Казахстана. При этом наибольший интерес представляют проекты, ориентированные на экспорт руды в Китай и удовлетворение спроса предприятий казахстанской электрометаллургии за счет производства прямовосстановленного железа.
 
Мировой рынок стали и железной руды: роль Китая меняется
Оценка перспектив развития железорудной отрасли Казахстана невозможна без рассмотрения тенденций мирового рынка стали и ожидаемого изменения роли Китая. По итогам 2013 года, согласно данным ассоциации Worldsteel, глобальная выплавка стали выросла на 4%, достигнув 1,58 млрд т.
Этот прирост в полном объеме обеспечил Китай, который увеличил свою долю практически на 50%, в то время как остальные страны суммарно сохранили свои показатели на уровне 2012 года (см. график).
Вместе с тем сегодня мировой рынок стали проходит этап существенных перемен, которые будут определять тенденции его развития в средне- и долгосрочной перспективе. Одним из таких изменений станет замедление роста объемов потребления стали в КНР, а также их снижение уже в среднесрочной перспективе. Независимо от темпов роста национальной экономики, Китай неизбежно столкнется с необходимостью ее перехода с экспортной ориентации на увеличение внутреннего потребления. При этом ожидаемое сокращение спроса на металл со стороны более развитых, восточных регионов КНР не может быть компенсировано реализацией новых крупных инфраструктурных проектов в западных и северных регионах страны. Как следствие, объемы выплавки стали в Китае близки к своему пику и снижаются по мере насыщения внутреннего рынка.
Замедление темпов роста в Китае, который является крупнейшим в мире потребителем и импортером железной руды, уже обусловило дестабилизацию рынка железорудного сырья (ЖРС) на протяжении последних 2–3 лет. Дело в том, что практически все инвестпроекты по разработке новых месторождений в данном сегменте были ориентированы на ожидания, что высокие темпы прироста стального производства в Китае (порядка 10% в год) сохранятся.
Вместе с тем появление новых игроков на рынке железной руды усилило конкуренцию, в результате чего у потребителей появилась возможность диверсифицировать закупки сырья. Это хорошо видно по структуре его импорта Китаем: доля пяти крупнейших поставщиков ЖРС за последние несколько лет уменьшилась с 90% до нынешних 80% (см. график).
При этом Индию, которая в условиях роста внутреннего спроса и экспортных ограничений утрачивает свои позиции, на рынке Китая все активнее замещают поставщики из Ирана, Индонезии, Сьерра-Леоне, Малайзии и Мавритании, чей экспорт железной руды опережает динамику китайского импорта.
В результате мировой рынок ЖРС перешел в состояние перманентного профицита — фактически с 2010 года ценовой тренд демонстрирует негативную динамику.
В начале 2014 года стоимость железной руды резко снизилась: котировки австралийской мелочи с содержанием железа 62% (являющиеся международным индикатором отрасли) на условиях CFR Китай упали со $135 за тонну до $110–115 (см. график). Ключевая причина такого падения связана со снижением в КНР объемов выплавки чугуна и стали в январе–феврале, и, как следствие, высоким уровнем складских запасов ЖРС в портах и непосредственно у потребителей.
Таким образом, вопрос о том, когда цены на железную руду достигнут дна, вновь приобрел свою актуальность.
 
Прогноз цен на железную руду: снижение в условиях избытка добычи
Методика анализа мировых цен на железную руду компании «Металл Эксперт Консалтинг» построена на основе смешанных методов прогнозирования, в частности включает модели нелинейной динамики, баланса спроса и предложения мирового рынка руды, а также оценки затрат ключевых поставщиков.
На графике 4 представлено сравнение подготовленного нами актуального прогноза цен на австралийскую железорудную мелочь на рынке Китая и приведенного к этому базису уровня ценовых ожиданий инвестиционных банков и независимых отраслевых аналитиков.
В условиях уменьшения роли Китая мы полагаем, что будущими «точками роста» мировой экономики станут развивающиеся государства, прежде всего страны Ближнего Востока и Азии. Маловероятно, что в среднесрочной перспективе цены на нефть существенно снизятся, а возобновляемые источники энергии окажут на рынок энергоносителей большое влияние. Поэтому, по нашей оценке, наибольшие перспективы экономического роста и, соответственно, увеличения объемов потребления стальной продукции можно ожидать именно в странах, обеспеченных УВС, с благоприятной и привлекательной инвестиционной почвой.
В то же время необходимо понимать, что рост металлургии этих государств, ориентированной прежде всего на производство сортового проката, будет происходить в основном за счет электростали. А это значит, что он будет оказывать поддержку мировой железорудной отрасли только с точки зрения сырья для производства прямовосстановленного или горячебрикетированнного железа (ПВЖ/ГБЖ), что несопоставимо с той ролью, которую играл Китай.
По оценкам «Металл Эксперт Консалтинг», на протяжении ближайших трех лет стоимость железной руды на мировом рынке будет снижаться (отметим, что данная тенденция также справедлива и для остальных видов сырьевых материалов и стального проката). Ключевые причины — избыток предложения вследствие появления новых поставщиков с более низким (относительно среднерыночного) уровнем затрат, а также ужесточение конкуренции и снижение рентабельности ведущих игроков.
Вместе с тем можно ожидать, что в долгосрочной перспективе уровень цен на руду будет выше минимумов ближайших лет, что произойдет за счет роста производственных затрат (инфляция, увеличение расходов на рабочую силу, оборудование, электроэнергию и топливо, возможное ужесточение роялти и налогов на недропользование и т. д.).
 
Перспективы экспорта ЖРС из Казахстана
Как известно, Казахстан является крупным производителем и экспортером железорудного сырья. Основную часть этой продукции выпускают две компании: экспортно ориентированное АО «Соколовско-Сарбайское ГПО» (ССГПО) и ТОО «Оркен», являющееся подразделением единственного в стране производителя чугуна и конвертерной стали — АО «АрселорМиттал Темиртау».
С середины 2011 года Казахстан не осуществляет закупки ЖРС за рубежом (до этого незначительные объемы концентрата приобретались в России и Украине). Более того, в последние годы львиная доля (80–90%) окатышей и концентрата, производимых в республике, поставляется за ее пределы, при этом ключевыми рынками сбыта являются Россия и Китай. Только по итогам прошлого года экспорт ЖРС увеличился на 5% и достиг рекордного показателя — более 16 млн т (см. график).
По итогам 2011–2013 годов основным направлением сбыта казахстанского сырья остается Россия, хотя ее доля сократилась с 70% до 55%. В условиях падения глобальных цен на железную руду и все более весомой транспортной составляющей (тарифы на перевозки грузов в РФ в предыдущие годы регулярно увеличивались независимо от конъюнктуры мировых рынков энергоносителей или ключевых товарных рынков) для поставщиков из Казахстана рентабельность поставок на российский Урал снижается быстрее, чем в случае отгрузок в северо-западные провинции Китая (см. график).
При оценках перспектив экспорта в российском направлении необходимо учесть изменение структуры данного рынка, которое произошло в 2011–2012 годах. За это время ведущие российские поставщики и потребители ЖРС изменили принцип ценообразования на свободном рынке, отказавшись от переговорного формирования цен и их фиксирования на период от 1 до 3 месяцев. Вместо этого были согласованы поставки сырья в рамках долгосрочных соглашений по цене, рассчитываемой по специальной формуле. Теперь она зависит от нескольких параметров, среди которых ключевым является так называемый «китайский индекс» — уровень цен на спотовом рынке КНР или индекс их изменения.
Одним из пионеров новой системы ценообразования стал Магнитогорский металлургический комбинат, подписавший трехлетний контракт с «Металлоинвестом» на поставку окатышей и концентрата Михайловского ГОКа суммарным объемом порядка 250 тыс. т в месяц. Фактически этот российский потребитель диверсифицировал закупки ЖРС, отказавшись от части объемов закупок сырья у своего традиционного поставщика — казахстанского ССГПО.
При этом даже заключение ССГПО контракта на поставку своего ЖРС новому потребителю — Челябинскому МК (группа «Мечел») — не позволило избежать падения экспортных поставок в Россию по итогам 2012–2013 годов.
Что касается дальнейших перспектив российского направления, то здесь наши ожидания достаточно сдержанны. Мы считаем, что поставки потенциально возможны лишь на те предприятия, которые, с одной стороны, расположены на близком расстоянии от границы с Казахстаном (Урал, Западная Сибирь), а с другой — будут нуждаться в привозном сырье в среднесрочной перспективе. К ним можно отнести Западно-Сибирский МК (окатыши), Магнитогорский МК (окатыши и концентрат) и Челябинский МК (окатыши). Два из трех перечисленных металлургических предприятий уже являются потребителями казахстанской руды; кроме того, отгрузки в их адрес осуществляют другие российские поставщики ЖРС, прежде всего «Металлоинвест».
Поэтому в условиях высокой внутренней конкуренции можно прогнозировать скорее снижение, нежели рост экспорта в РФ. Казахстанские экспортеры, безусловно, могут конкурировать с российскими поставщиками ЖРС (например, снижением цены), однако уже сейчас рентабельность поставок на Урал и в Западную Сибирь не существенно выше, чем в северо-западные провинции Китая (см. график).
В этой связи нет ничего удивительного в том, что весомость рынка Поднебесной для казахстанских экспортеров на протяжении последних лет увеличивается: по итогам 2013 года доля отгрузок в данном направлении достигла 45%. По данным «Металл Эксперт Консалтинг», в прошлом году в КНР из Казахстана было экспортировано более 3,5 млн т концентрата и 3,7 млн т окатышей.
Ожидаемые в среднесрочной перспективе высокие темпы роста производства чугуна в северо-западных регионах Китая (еще раз подчеркнем: в отличие от низких, а впоследствии и отрицательных темпов в развитых регионах страны) будут способствовать повышению спроса на качественную импортную руду. И есть все основания полагать, что руда эта будет преимущественно из Казахстана.
При рассмотрении возможности экспорта ЖРС в Китай наибольший интерес, на наш взгляд, представляет сравнение стоимости транспортировки руды для металлургических предприятий северо-запада КНР:
а) от границы с Казахстаном. В качестве базового пункта выбран Алашанькоу (ж/д станция возле казахстанской «Дружбы»);
б) от портов на юго-востоке страны (импорт из Австралии, Бразилии, ЮАР, России, Украины и т. д.). В качестве базового порта выбран Ляньюньган, из которого осуществляется основная доля поставок импортной руды через провинцию Шаньси, граничащую с северо-западными провинциями КНР;
в) от границы с Монголией (базовый пункт — Такешхан).
Результаты расчета затрат на транспортировку для трех городов северо-запада Китая, куда сейчас отгружается казахстанская руда, приведены на графике 7. Расчет проведен на основании актуальных тарифов ж/д перевозок в КНР, а также расстояний между рассматриваемыми населенными пунктами.
Таким образом, мы видим, что закупки импортной руды для данного региона Китая оправданны только из стран ближнего зарубежья (прежде всего — Казахстана), поскольку транспортировка сырья из восточных портов КНР обходится в $60–70 за тонну, то есть занимает более 50% его цены. Тем не менее, следует отметить, что для отдельных китайских потребителей (например, в Урумчи) альтернатива поставкам из Казахстана является покупка руды из Монголии.
Именно благоприятными перспективами роста экспорта в Китай объясняется высокая инвестиционная активность данного сегмента. В настоящее время в Казахстане продолжается или планируется реализация сразу нескольких проектов, направленных на развитие железорудных месторождений с последующими поставками (в том или ином объеме) на рынки северо-запада КНР.
Так, например, в среднесрочной перспективе намечено строительство обогатительных фабрик на таких месторождениях, как Ломоносовское (инициаторы проекта — канадская компания Kazax Minerals и ТОО «Ломоносовское», проектная мощность — 10 млн т концентрата в год), Велиховское («Актобе-Темир-ВС», 1 млн т) и Бенкалинское (Vertex Holding, 2,5 млн т).
 
Перспективы внутренних поставок ЖРС в Казахстане
В настоящее время единственным производителем чугуна в Казахстане является АО «АрселорМиттал Темиртау». На протяжении последних лет комбинат удовлетворяет свою потребность в агломерированном ЖРС за счет собственного агломерата. Кроме того, незначительный объем окатышей докупается на свободном рынке у ССГПО (около 0,3–0,4 млн т в год).
Что касается неагломерированного ЖРС, то его потребителями являются только две компании. Это АО «АрселорМиттал Темиртау», закупающее аглоруду и концентрат (как с собственных месторождений, так и товарный) для агломерационного производства, а также
ССГПО, использующее неагломерированное ЖРС как передельное сырье для производства окатышей. Суммарная емкость свободного рынка концентрата и аглоруды также незначительна и составляет 0,4–0,6 млн т в год.
При этом в Казахстане на ближайшие годы не заявлено ни одного проекта по запуску агломерационных, доменных или конвертерных мощностей, которые потенциально могли бы привести к существенному росту потребления товарного ЖРС на внутреннем рынке.
С другой стороны, мы видим благоприятные перспективы для создания в республике вертикально интегрированных производств на основе собственной железорудной базы (по цепочке «железная руда — ПВЖ/ГБЖ — электросталь»).
Отметим, что рынок черных металлов Казахстана в течение последних нескольких лет характеризуется ростом производственных мощностей исключительно за счет мини-заводов. После распада СССР страна производила только плоский прокат, импортируя сорт. А наиболее быстро и целесообразно начать выпуск длинномерного проката именно на базе электросталеплавильного производства. Кроме того, большие объемы дешевого черного лома, доступные еще с советских времен, делают развитие в Казахстане электросталеплавильного направления экономически обоснованным.
Доля электрометаллургии в сталеплавильном производстве республики демонстрирует растущий тренд: по итогам 2013 года она достигла более четверти от общего объема выплавки. Мы считаем, что в среднесрочной перспективе увеличение внутреннего потребления стального проката (особенно — сорта) будет способствовать росту загрузки мощностей, прежде всего мини-заводов.
Тем не менее объемы ломозаготовки в Казахстане уже несколько лет подряд перманентно снижаются, и мы полагаем, что именно эта тенденция должна быть принята во внимание при анализе перспектив внутреннего производства электростали. Местные потребители лома поддерживают закупки благодаря снижению экспорта, однако отгрузки сырья на внешние рынки уже упали ниже 1 млн т, в связи с чем рано или поздно казахстанские электрометаллурги столкнутся с постоянным дефицитом лома.
В таких условиях возрастает целесообразность разработки и запуска проектов именно по производству ПВЖ/ГБЖ, которое является заменителем лома и с каждым годом все активнее внедряется потребителями электростали по всему миру. Спрос на данную продукцию будет высоким как на внутреннем, так и на внешних рынках.
Более того, мы уверены, что какие-либо значимые планы по росту выплавки электростали в Казахстане будут возможны только в случае реализации в стране проектов по производству железа прямого восстановления. Одним из таких проектов является строительство на ССГПО цеха горячебрикетированного железа мощностью 1,8 млн т в год, который планируется запустить в 2018–2019 годах.
 
Выводы
Мощная сырьевая база, наряду с перспективами увеличения экспортных отгрузок руды, а также значительный потенциал внутреннего потребления стальной продукции способствуют сохранению высокой инвестиционной активности в железорудном сегменте ГМК Казахстана. В настоящее время в стране заявлена реализация нескольких крупных проектов по добыче и обогащению руды, а также организации производства дальнейших переделов.
Мы полагаем, что в сегменте ЖРС наибольший экономический эффект может дать реализация инвестиционных проектов двух типов.
Во-первых, это передел «концентрат — аглоруда — окатыши». Примером в этой сфере можно назвать проекты Kazax Minerals и «Актобе-Темир-ВС». Ввиду незначительного объема внутреннего потребления товарного ЖРС в качестве основного рынка сбыта здесь следует рассматривать северо-западные провинции Китая. В отличие от развитых юго-восточных регионов, во многих из которых вследствие «стального перенасыщения» уже началось сокращение объемов производства чугуна и стали, на северо-западе КНР «стальной бум» только начинается, что означает гарантированно высокий спрос на ЖРС, в том числе импортное. С другой стороны, казахстанские экспортеры уже сейчас в числе наиболее эффективных зарубежных поставщиков концентрата и окатышей в эти регионы Китая. Географическая близость к рынку сбыта позволяет выигрывать конкуренцию у игроков из дальнего зарубежья — Австралии, Бразилии и ЮАР, а также России и Украины (одна лишь транспортировка ЖРС упомянутых поставщиков из восточных портов Китая на северо-запад обойдется в $60–70 за т), а высокая развитость инфраструктуры является преимуществом перед монгольскими компаниями.
Во-вторых, это передел «ГБЖ — сталь», примером которого является проект ССГПО (только ГБЖ). Мы, как и большинство отраслевых экспертов, сходимся во мнении, что Казахстан обладает высоким потенциалом для наращивания внутреннего стального потребления и импортозамещения. Тем не менее ожидаемый рост металлургии прежде всего за счет сортового проката из электростали (именно мини-заводы доминируют в реализуемых проектах) невозможен без решения проблемы обеспечения сырьем. На протяжении последних лет в Казахстане наблюдается стагнация объемов ломосбора. Потенциал роста внутренних поставок лома за счет снижения экспорта будет исчерпан уже в среднесрочной перспективе, и рынок лома перейдет в фазу дефицита. В таких условиях возрастает целесообразность реализации проектов по выпуску ПВЖ/ГБЖ (которое может частично заменить лом в структуре металлошихты для выплавки электростали) как в обособленном виде, так и путем создания вертикально интегрированных производств стали на базе собственного сырья.
 
Николай Филькевич,
руководитель проектов,
«Металл Эксперт Консалтинг»
 


Список статей
Под флагом Господдержки  Редакционный обзор 
В фокусе – модернизация  Сейтгали Галиев 
Золотой шанс Казахстана  Светлана Карягина 
Рынок цветных металлов  Редакционный обзор 
Железные перспективы  Николай Филькевич 
Уран возвращается...  Сергей Смирнов 
Формула успеха для Евразии  Аскарбек Махмутов 
· 2016 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2015 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2014 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2013 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2012 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2011 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2010 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2009 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2008 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2007 №1  №2  №3  №4
· 2006 №1  №2  №3  №4
· 2005 №1  №2  №3  №4
· 2004 №1  №2  №3  №4
· 2003 №1  №2  №3  №4
· 2002 №1  №2  №3  №4
· 2001 №1/2  №3/4  №5/6
· 2000 №1  №2  №3





Rambler's
Top100
Rambler's Top100

  Mintech     KzInterPower   Oil_Gas_ITE   Mediasystem