USD/KZT 335.24 
EUR/KZT 395.82 
 Mining & Metals Guide / MMG, 2017 год
 MINEX Central Asia. ГМК Казахстана: грядут перемены
АРХИВ

MINEX Central Asia. ГМК Казахстана: грядут перемены

Плюсы и минусы нового Кодекса о недрах и недропользовании, риски и новые возможности для инвесторов, а также устойчивость недавнего роста на сырьевых рынках – эти и другие темы оказались в центре внимания делегатов VIII горнопромышленного форума MINEX Central Asia 2017, собравшего ведущих представителей казахстанского и международного горного сообщества.

В работе форума, прошедшего под девизом «Сбалансированное госрегулирование и технологическая компетентность – основа успешного недропользования», приняли участие более 300 представителей отраслевых министерств, руководителей и специалистов из 128 казахстанских и международных компаний и организаций.

В ходе одиннадцати тематических сессий мероприятия выступили и высказали свое мнение по самым острым проблемам горнорудной отрасли 100 докладчиков и участников панельных дискуссий.

Открывая первую сессию форума, вице-министр по инвестициям и развитию РК Тимур Токтабаев подчеркнул, что в геологической и горнодобывающей отраслях по поручению главы государства проводятся последовательные реформы, направленные на повышение конкурентоспособности сферы недропользования Казахстана, создание комфортных условий инвесторам, повышение технологического и профессионального уровня отраслей, создание рабочих мест, улучшение социального благосостояния.

По его словам, на данный момент завершен первый этап реформ, предусматривавший внедрение в пилотном режиме упрощенного способа предоставления права недропользования. Для этого была выбрана 100-километровая зона в Центральном Казахстане вокруг моногорода Степногорска. Кроме того, с февраля 2017 года стартовал прием заявок на разведку по району Аркалык – Шубарколь и по Восточно-Казахстанской области. За 2 месяца уже заключено 17 типовых контрактов. Это обеспечит дополнительные налоговые поступления в бюджет и создаст новые рабочие места. По итогам первого этапа в ВКО заключено 22 контракта. Учитывая обширные площади и большой потенциал недр Казахстана, существует реальная перспектива открытия десятков крупных месторождений, среди которых могут быть и уникальные.

«Когда мы впервые познакомились с австралийской моделью недропользования, мы боялись одного: что будет массовый наплыв за лицензиями, государственные органы не будут способны их выдавать вовремя и появится много спорных вопросов. Однако практика показывает, что все проходит в рациональном и доброжелательном русле. Есть только один спорный участок в Восточно-Казахстанской области. Заявки на него в течение 5 дней подали сразу 4 компании по упрощенной процедуре, схожей с принципом «первый пришел – первый получил», и сейчас участок отправляется на аукцион. По остальным участкам проблем не было – контракты заключены и уже начинаются полевые работы», – поделился новостями г-н Токтабаев. Сегодня на оформление контрактов уходит всего 25 дней, то есть улучшение в скорости принятия решений – налицо.

Вместе с тем сейчас в сфере недропользования реализуется второй этап реформ. В его рамках в соответствии с Планом нации предусмотрен переход на международную систему подсчета запасов. Для этого Министерство по инвестициям и развитию разработало национальный Кодекс стандартов публичной отчетности о результатах геологоразведочных работ, минеральных ресурсах и минеральных запасах (KAZRC) на базе требований международного комитета CRIRSCO. Кроме того, была создана «Казахстанская Ассоциация публичной отчетности о результатах геологоразведочных работ, минеральных ресурсах и минеральных запасах», а в июне 2016 года Казахстан официально принят в семейство CRIRSCO.

Говоря о предпосылках всех этих мероприятий, г-н Токтабаев признал, что действующая сейчас Государственная комиссия по запасам не может справиться с объемами работ по подсчету и пересчету запасов, а потому многим недропользователям приходится стоять в очереди до 6–8 месяцев.«Это негативно сказывается на инвестиционном климате и замедляет выдачу новых участков для ГРР, что в конечном итоге отражается на экономическом росте и налоговых поступлениях. Поэтому одобрена новая система отчетности и впоследствии в новом Кодексе о недрах и недропользовании все эти вопросы будут закреплены». В настоящий момент ведутся работы по подготовке соответствующих кадров, необходимой документации и самих предприятий-недропользователей для нового формата работы.

Вместе с тем, по словам вице-министра, необходимость принятия Кодекса помогла профильному министерству и горнякам поднять и ряд очень болезненных, застарелых вопросов, связанных с правоприменительной практикой в сфере налогообложения: «Мы надеемся, что новые стандарты отчетности в Кодексе станут необходимым импульсом для того, чтобы мы перешли и на новые международные стандарты налогообложения. Часть таких изменений уже пройдена, однако в сфере недропользования еще очень многое можно было бы внедрить».

Шансы на улучшение в этой сфере повышает тот факт, что новый Кодекс для горняков, принимается параллельно с Налоговым. Как утверждает г-н Токтабаев, в последние месяцы совместная работа с Минфином и Минэкономики в этом русле заметно активизировалась. «Мы доказываем, что предлагаемые налоговые изменения повысят поступления в бюджет, причем в основном за счет новых инвестиций в недропользование. Сегодня 137 тыс. км2 площадей в Казахстане признаны перспективными для проведения ГРР. Если мы просто сравним те площади, которые у нас находятся в геологоразведке, даже не в такой детальной стадии, как в Западной Австралии, то для того, чтобы нам догнать последнюю, нужно увеличить площади для проведения ГРР более чем в пять раз. Это огромный потенциал, который одновременно требует и огромных ресурсов. Мы рассчитываем, что с принятием Кодекса появятся новые юниорские компании. Сейчас мировые тенденции в этой сфере таковы, что главное – не проспать. Мы будем рады видеть новые компании на рынке и расширение деятельности действующих недропользователей».

В заключение г-н Токтабаев обозначил конкретные сроки принятия долгожданного для отрасли документа, который разрабатывается уже около трех лет. «Иногда говорят, что можно было бы Кодекс и пораньше принять, но сегодня текст изменений в сопутствующие нормативно-правовые акты минимум в два раза больше, чем сам Кодекс». Рабочей группе, состоящей из более 100 человек, предстоит детально отрабатывать эти вопросы с каждым госорганом, ассоциацией. Они связаны с налоговым, земельным, водным, экологическим и другим законодательством. Причем эта объемная работа должна быть проведена в сжатые сроки. Уже в августе текущего года документ должен быть представлен в правительстве, в сентябре передан на рассмотрение в Мажилис и до конца текущего года окончательно принят.

Вопросы остаются

От лица отраслевого сообщества в пленарной части форума традиционно выступил исполнительный директор Республиканской ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий Николай Радостовец. Он подтвердил, что работа над Кодексом о недрах и Налоговым кодексом выходит на финишную прямую и ассоциация активно участвует в этом процессе: «На площадке АГМП еженедельно проходит обсуждение этих двух радикально меняющихся законов, которые должны быть приняты до 1 января 2018 года, во всяком случае, таковы намерения правительства». Последняя оговорка по поводу окончательных сроков со стороны г-на Радостовца вполне понятна. Горняки и металлурги уже не раз «обманывались» в своих ожиданиях по финальной дате принятия главного отраслевого законодательного акта.

Далее спикер перечислил основные принципиальные вопросы, которые волнуют компании ГМК и нуждаются в адекватном решении. Первый из них – проблема кадров: «Привлекательна ли сегодня профессия шахтера, металлурга, горняка в Казахстане? Отвечу: нет! Средняя заработная плата в компаниях–членах АГМП составляет порядка $400–500. Конечно, такой показатель интересен для инвестора, но я должен признать, что молодежь не идет в эту сферу». Кстати, уже позже, в ходе круглого стола «Подготовка и повышение квалификации кадров для ГМК», г-н Радостовец выступил с предложением создать под эгидой АГМП рабочую группу по разработке стратегии кадровой политики в ГМК. В новой стратегии, по его мнению, должны быть задействованы все механизмы: и финансы, и адекватная система подготовки и переподготовки кадров с участием международных операторов, и изменение нормативно-правовой базы с учетом обязательств недропользователей, и система регулирования со стороны государства и общественности, а также и пиар-сопровождение со стороны СМИ.

Второй вопрос, поднятый главой АГМП, касался корректного определения уровня налоговой нагрузки, которую ощущают на себе предприятия ГМК: «С позиции Минфина, она не превышает 13–14%, но если этот показатель рассчитывать как отношение суммы всех налогов и всех платежей недропользователей к прибыли, то он составляет в сфере добычи порядка 66%, а в сфере металлургии – 37%».

Как считает г-н Радостовец, чиновники должны отдавать себе отчет, что нужно менять и либерализировать не только законодательство о недрах, но и всю систему взаимоотношений недропользователя и государства в лице правительства и акимов. «Например, сейчас многие системообразующие предприятия-недропользователи ежегодно заключают меморандумы с акиматами областей. Но нам кажется, что было бы куда разумнее не поощрять эту практику, а создать стимулы для того, чтобы при увеличении расходов на благотворительность эти расходы шли на вычеты, что поощряло бы сами компании заниматься ею. Очень настораживает и то, что экологические платежи превратились фактически в местный налог. В Павлодарской области только 6% экологических платежей идет на улучшение экологии региона. Остальное используется акимами не по назначению. Эта сфера тоже нуждается в реформировании. Возможно, что в этой части даже нужно поменять бюджетную систему, поскольку экологические платежи не должны быть дополнительным источником пополнения бюджета на цели, не предусматривающие экологические мероприятия. Может быть, лучше эти деньги оставлять компаниям, чтобы они сами занимались улучшением экологии в своем регионе?» – предложил глава АГМП.

Он также обратил внимание и на высокую социальную нагрузку по заработной плате. Помимо социального налога, есть пенсионные отчисления (10%), обязательные платежи, которые направляются за работу в опасных условиях (5%), вводится обязательное медицинское страхование, которое также будет оплачиваться работодателем. В ряде случаев нагрузка доходит до 50% от заработной платы.

«В этой связи очень важно при введении нового Кодекса о недрах несколько ослабить финансовую и налоговую нагрузку на сектор ГМК. Этот вопрос находит понимание в правительстве. Обсуждается снижение социального налога, стимулирование низкорентабельных месторождений, для которых будет вводиться нулевая ставка в автоматическом режиме, будут приняты понижающие коэффициенты по НДПИ для глубоких месторождений. Важно также обдумать целесообразность взимания налога на сверхприбыль, который не применяется в других странах. Все эти шаги позволят сбалансировать интересы государства и недропользователей. Думаю, по ним до конца года будут найдены решения», – выразил надежду глава АГМП.

В завершение г-н Радостовец подтвердил, что австралийский метод выдачи лицензий, предложенный правительством, – это довольно интересный и льготный режим, способный привлечь в геологоразведку новые компании. Другое дело, что для уже действующих недропользователей эти новые игроки не должны оказаться конкурентами, работающими на совершенно других, более выгодных условиях. По его мнению, крупные месторождения нужно выставлять на аукцион, а также закрепить обязательства по профессиональному и ресурсному соответствию претендентов на лицензии. Иначе в Казахстане появятся десятки и сотни спекулятивных «тоошек», которые смогут легко удерживать лицензии в течение длительного времени, поскольку финансовые обязательства в проекте Кодекса прописаны очень слабо.

Что кроется в деталях?

Генеральный директор ТОО «Полиметалл Евразия» Канат Досмукаметов, в свою очередь, остановился на спорных моментах нового Кодекса. Оказалось, что ряд положений, заложенных в его концепции, в окончательном варианте проекта этого документа претерпели значительные изменения, причем далеко не радующие горняков. «Первая коллизия – концепцией предусматривалось, что вся территория страны в целях разведки будет поделена на блоки. Соответственно, будет равный и, самое главное, свободный доступ к получению прав недропользования без каких-либо изъятий. В проекте же кодекса появился интересный документ под названием «Программа управления государственным фондом недр», как говорится – почувствуйте разницу. Наши опасения в том, что в будущем участки недр для разведки и добычи будут предоставляться только по тем участкам, которые будут входить в эту программу». И это при том, что критерии по включению или изъятию участков из программы отсутствуют. «Я предлагаю над этим вместе подумать, потому что в противном случае принцип «первый пришел – первый получил» не будет реализован в полном объеме», – считает спикер.

Во-вторых, если в концепции Кодекса был предусмотрен отказ от приоритетного права государства от разработки вновь обнаруженных месторождений, что автоматически означало равные права для всех недропользователей, то в проекте появились основания отнесения месторождений ТПИ к стратегическим. «Опять же, все бы ничего, да только к стратегическим относятся уран, золото, медь, фосфориты, сланцы и даже уголь – по всем ним надо будет получать разрешения. Как же тогда быть с уменьшением количества разрешительных документов? Также непонятно, как быть с действующими контрактами по разработке месторождений, подпадающих под эти критерии».

Г-н Досмукаметов также отметил, что проектом первичная переработка фактически исключена из процесса добычи. В случае с золотодобывающими компаниями сразу же возникает вопрос: что же в итоге является добычей и ее продуктом – руда или сплав Доре? и почему тогда между ними пропущен концентрат? Это, в свою очередь, может вызвать споры с налоговыми органами по определению контрактной деятельности при раздельном налоговом учете.

Что касается геологоразведочной сферы, то в проекте Кодекса появилась норма о необходимости получения разрешения на вывоз геологической информации на природных носителях за пределы республики, а также запрет на вывоз керна. «Мы хотели бы отметить, что у нас в стране, к сожалению, отсутствует компетентная лаборатория для получения точного, достоверного исследования и создается риск неоперативного получения лабораторных исследований и, как следствие, – проблемы в разведке и добыче», – предупредил спикер.

Наконец, в налоговой части документа не определен механизм взимания НДПИ в условиях отмены системы ГКЗ. Как отметил глава «Полиметалл Евразия», это очень болезненный вопрос: «Если сейчас используются данные ГКЗ, то при использовании системы CRIRSCO такие данные будут отсутствовать. Делать расчет исходя из понятия «Ресурсы» – несправедливо, так как оно включает и те ПИ, добыча которых нерентабельна на данный момент. В этой связи недропользователи предлагают использовать один из двух вариантов: расчет НДПИ по экономически рентабельным запасам ПИ или переход на роялти с продаж. «Так как лицензия будет выдаваться сразу на все ПИ, то при их добыче будет очень сложно вести раздельный налоговый учет. А при отмене налога на сверхприбыль, который нельзя спрогнозировать ни практически, ни экономически, необходимости в раздельном налоговом учете вообще нет», – резюмировал спикер.

Блестящие перспективы

Выступающие на форуме финансисты и консультанты больше говорили о глобальных трендах и перспективах цен на продукцию предприятий ГМК. Наиболее оптимистичным оказался управляющий директор American Appraisal Александр Лопатников, который уверен, что по крайней мере золотодобытчиков ждет вполне светлое будущее. Он напомнил, что еслидо этого кривая «золотых» цен шла вниз, то в прошлом году ситуация изменилась, и сейчас золото пробило важную психологическую отметку в $1 300 за унцию. Более того, по оценке эксперта, до конца текущего года драгметалл может взять новые высоты. 

«Одна из причин, почему произошел разворот цены на золото, – вернулся инвестиционный спрос со стороны спекулянтов, но что гораздо важнее – это то количество золота, которое было привлечено в фонды, которые держат свои активы в виде физического металла. Это очень популярный инструмент инвестирования в золото, который с нетерпением и надеждой ждут в Казахстане, России и многих других странах, на рынках которых пока нет возможности инвестировать в аналогичные инструменты, привязанные к золоту».

На рынке ювелирной промышленности, которая потребляет 50% производимого в мире золота, наблюдается некоторое торможение, связанное со снижением «аппетитов» Индии и Китая, хотя оно произошло по разным причинам. Поднебесной было нужно поддерживать национальную валюту, поэтому золотые запасы прирастали не так быстро, тогда как в Индии шла борьба с нетрудовыми доходами, которая «победила» в том числе и потребление золота в ювелирной промышленности. В то же время в Китае сейчас происходят структурные изменения: по мере того как благосостояние населения растет – значит появляются новые возможности инвестирования, в том числе в физическое золото. И это очень важный фактор для поддержания рынка.

Еще один источник спроса – центральные банки разных стран, причем если общая кривая их покупок несколько снижается, то, к примеру, Центробанк России продолжает выступать активным игроком в этом сегменте.

Очень важным, если не самым важным фактором является курс доллара США. По мнению г-на Лопатникова, он уже достиг своего потолка и в дальнейшем будет снижаться. «Если посмотреть на кривую, можно увидеть, что доллару как будто больше и расти некуда. Он уже достиг своего предыдущего пика 2004 года. А поскольку все сырьевые товары номинированы в долларах, то фактор снижения стоимости сырья, который диктовался просто удорожанием единицы измерения, во многом отыгран. Поэтому есть предпосылки того, что ослабление доллара будет приводить к росту стоимости золота», – объяснил он.

Что касается рынка ценных бумаг США, который оттягивает большую часть инвестиционных ресурсов, то, по мнению эксперта, в ближайшее время там возможна коррекция. Инвесторы сейчас уже готовятся к тому, что в течение 30 лет не смогут вытащить свои вложения из американских акций, а тем более их приумножить. И если не произойдет чуда и не будет нового пузыря, то для них золото может стать гораздо лучшим инструментом для инвестиций.

«Доходности государственных ценных бумаг некоторых стран отрицательные в номинальных выражениях. Это означает, что для того, чтобы удержать деньги, с вас еще и берут деньги. Например, в США они в номинальном выражении как будто бы положительные, но если отсечь 2% инфляции, то мы получим, что на горизонте до пяти лет доходность госбумаг США останется отрицательной».

На пользу золоту, как «тихой гавани» для инвесторов, играют и макроэкономические и политические риски, которые становится все труднее учитывать. «Мы видим, что есть неопределенности по очень многим, очень важным параметрам – от геополитических региональных конфликтов до мировой экономики, которыми представлены Америка и Китай. У некоторых экономистов и аналитиков даже появилось новое выражение – «риски маловероятных событий». Никто, к примеру, не ожидал, что президентом США будет Дональд Трамп, а он им стал».

При этом, как уверяет г-н Лопатников, ни один из макрофакторов, положительно влияющих на стоимость золота в прошлом году, никуда не исчез и в текущем. А значит, золотодобыча останется привлекательной сферой для инвестиций. «В мире сейчас практически нет компаний, которые умудрялись бы зарабатывать убытки, производя золото. Конечно, есть плохие, и даже очень плохие проекты, которые никогда не стоило запускать. Но если вы делаете все более или менее правильно, если у вас хорошо организован процесс, если вы находитесь в правильной юрисдикции, если у вас нет какого-то угнетающего налогообложения, –нужно сделать что-то очень сильно неправильно, чтобы получить убыток в золоте».

Конечно, золотой подъем не может быть бесконечным и новые месторождения могут оказаться не столь продуктивными, однако сейчас очень удачное время для инвестирования в золото и расширения проектов в добывающем секторе.



Список статей
· 2017 MMG
· 2016 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2015 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2014 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2013 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2012 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2011 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2010 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2009 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2008 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2007 №1  №2  №3  №4
· 2006 №1  №2  №3  №4
· 2005 №1  №2  №3  №4
· 2004 №1  №2  №3  №4
· 2003 №1  №2  №3  №4
· 2002 №1  №2  №3  №4
· 2001 №1/2  №3/4  №5/6
· 2000 №1  №2  №3





Rambler's
Top100
Rambler's Top100

  WMC     MiningWeek   Oil_Gas_ITE   Mediasystem